представлялся подозрительным. Тем более, что мистер Пирсон заявил полицейскому, будто намерен отдохнуть после долгой дороги…
Распорядившись проверить водительское удостоверение Пирсона по номеру и времени выдачи, а также номер автомашины, на которой тот передвигался, Джонсон лично отправился к дому Эйчеров. Строго говоря, начальник городской полиции не имел никаких юридических оснований делать то, что он сделал далее, но он, видимо, решил положиться на интуицию и пренебречь протоколом. Он распорядился открыть дом, что один из сопровождавших Джонсона детективов и сделал. Поскольку никто из «законников» ключей от дома Асты Эйчер при себе не имел и иметь не мог, для открытия замка на двери чёрного хода пришлось прибегнуть к помощи отмычек.
В дом вошли двое — начальник городской полиции Джонсон и Джон Уэйд (John Wade), один из трёх детективов, работавших тогда в департаменте полиции. Ничего особенно пугающего они при беглом осмотре не обнаружили — ни трупов, ни пятен крови, ни стреляных гильз, ни пулевых отверстий в стенах… В комнатах наблюдался некоторый беспорядок, который можно было бы связать с поспешным обыском, однако точно так же разбросанные бумаги и мелкие вещи могли явиться следствием торопливого отъезда. Детектив осмотрел шкаф в главной спальне и обнаружил, что там почти нет женского белья и одежды, кроме того, отсутствовала косметика и парфюмерия хозяйки дома — из этого следовало, что Аста Эйчер сама собирала свои вещи и делала это добровольно.
В общем, понятно было, что ничего не понятно… Джонсон оставил возле дома полицейскую засаду, дав указание немедленно задержать Корнелиуса Пирсона в случае появления последнего, а сам возвратился в здание Городского департамента полиции. Через несколько часов поступили ответы на запросы, связанные с проверкой водительского удостоверения Пирcона и номера его автомобиля. Тут, кстати, нельзя не отметить качества работы бюрократической машины Соединённых Штатов — несмотря на административно-политическую раздробленность страны, правоохранительные ведомства разных штатов оперативно проводили проверки по своим базам данных по запросам из других регионов и давали ответы в течение нескольких часов [заметьте, без компьютеров, всяких умных программ, пресловутого «искусственного интеллекта» и интернета]! Ответы, полученные Джонсоном в ночь на 21 августа, проницательный читатель предугадает без какого-либо затруднения — водительские права на имя «Корнелиуса Пирсона» оказались поддельными, а номерной знак на заднем бампере его автомашины был украден 18 дней назад в штате Массачусетс.
Мы не знаем, что именно подумал начальник полиции и как сильно он ругался, но не подлежит сомнению то, что Говард Джонсон почувствовал себя сильно уязвлённым. Хитрый и наглый преступник обвёл вокруг пальца не только бедную вдову Эйчер и её детей — живы ли они вообще? — но и всю полицию Парк-Риджа. Частный детектив О'Нил был прав — дело нечисто, а Джонсон не придал значения его сообщению… Ранним утром 21 августа начальник полиции возвратился в дом семьи Эйчер для более тщательного обыска постройки. Логика его была проста — если преступник, называвший себя «Корнелиус Пирсон», для чего-то возвратился в дом жертвы спустя почти два месяца после её похищения, стало быть, для этого имелся серьёзный мотив.
Что это могло быть?
В принципе, он мог действительно попытаться продать дом, чтобы получить от предполагаемой преступной комбинации максимальную прибыль, поскольку 4 тыс.$ с депозита Асты Эйчер в руки его не попали. Но только ли это побудило его отправиться в довольно рискованную поездку? Может быть, имелось что-то ещё, более личное, если угодно, более интимное?
Говард Джонсон вернулся в дом Асты Эйчер и потратил несколько часов на его обыск. Он следовал интуиции и сам не знал, что именно ищет, но чудеса, как известно, случаются, и в данном случае интуиция не подвела опытного полицейского. Он отыскал коробку с личной перепиской исчезнувшей владелицы дома, в ней лежали [помимо прочего] 52 (!) письма, написанные от имени Корнелиуса Орвина Пирсона. Коробка находилась в довольно неожиданном для бумаг такого рода месте — в глубине шкафа со старыми учебниками и разнообразным хламом, причём сам шкаф стоял в глубине подвала. Совершенно очевидно, что коробка была помещена хозяйкой дома в столь неподходящее место умышленно… А вот какую именно цель преследовала Аста, пряча переписку с будущим мужем от случайных глаз — тут можно было строить самые разные догадки. Может быть, она прятала эти письма от детей… а может быть, от самого будущего мужа?
Письма жениха были приторно-слащавы и полны идиотичного романтизма. Удивительно, но на многих женщин самые банальные, примитивные и даже тупые демагогические приёмы действуют совершенно деморализующе и отключают даже минимальный здравый смысл. Дабы дать представление о присущей Пирсону манере общения с женщинами, приведём короткий, но весьма характерный отрывок одного из его писем, попавших в руки Говарда Джонсона: «Аста, моя дорогая девочка, я хочу, чтобы ты рассказала мне о своей любви, дорогая. Я очень люблю тебя. В тебе я вижу свет и радость впереди. Милая, дорогая, мы встретились — наши фотографии говорят нам обо всём. Нам просто нужно услышать голоса друг друга и почувствовать прикосновение губ и рук друг друга, чтобы всё стало полным».»1
Многие фрагменты писем этого человека были преданы гласности и тайны не составляют. Пирсон писал вычурно, формально и совершенно неискренне, а потому удивляет то, насколько же эффективной оказывалась его ложь. Впрочем, в утренние часы 21 августа начальника полиции интересовали не особенности письменной речи неизвестного мошенника, а фактическая информация, способная помочь идентифицировать его. Такую информацию Джонсон отыскал — из писем Пиросна он выяснил, что Аста Эйчер познакомилась со своим избранником через платное брачное агентство «American Friendship Society», зарегистрированное в городе Детройте, штат Мичиган.
Отложив все прочие дела в долгий ящик, Говард Джонсон засел за письмо окружному прокурору, в юрисдикции которого находился город Детройт, в котором объяснял сущность подозрений, возникших в отношении одного из клиентов брачного агентства, и просил оказать помощь в установлении его личности. Одновременно с этим начальник полиции отправил тому же самому прокурору телеграмму, уведомляя о проводимом в Парк-Ридж расследовании и отправке письма с изложением деталей оного. Также были сделаны телефонные звонки руководству Департамента полиции Детройта с просьбой помочь в сборе по конфиденциальным каналам информации как о таинственном «Корнелиусе Пирсоне», так и брачном агентстве, через которое этот человек познакомился с Астой Эйчер.
Итак, картина получалась следующая. С интервалом в сутки Гарри Той (Harry S. Toy), прокурор округа Уэйн (Wane), в чью зону ответственности входил и город Детройт, получил два сообщения из разных регионов США, в которых фигурировал один и тот же брачный аферист — некий Корнелиус Пирсон — знакомившийся с потенциальными жертвами через брачное агентство «American Friendship Society». В Массачусетсе без вести пропала 49-летняя Дороти Лемке, уехавшая с Пирсоном в неизвестном направлении 28 июля, а в Иллинойсе — вдова Эйчер и трое её детей, которых также увёз Пирсон четырьмя неделями ранее. Что должен был подумать окружной прокурор Гарри Той?
Гарри Той, прокурор округа Уэйн, по странной игре случая получил с интервалом в сутки два сообщения из разных частей страны о преступлениях, которые, возможно, могли быть связаны с одним и тем же брачным агентством. Что в этой ситуации должен был подумать и предпринять прокурор?
Следует признать, что Гарри Той являлся человеком, способным украсить любую правоохранительную структуру. Родившийся в 1892 году он успел поучаствовать в Мировой войне и на полях Франции был трижды ранен, и получил поражение лёгких при газовой атаке немцев. За что, кстати, был удостоен французского ордена. С 1920 года он работал в Мичигане как в ведомстве окружного прокурора, так и практикующим адвокатом [разумеется, не одновременно, Той сначала поступил на госслужбу, а потом уволился]. За время своей не очень долгой жизни — а умер Той в возрасте 63 лет — он успел профессионально позаниматься самыми разнообразными видами правоохранительной деятельности: поработал в прокуратуре, в полиции, в частности, возглавлял полицию Детройта, был практикующим адвокатом и даже побывал судьёй. Биография этого человека очень интересна,
